Стереотипы и их развенчание в мигрантской жизни. Опыт собственный

579

Przepraszamy, ten wpis jest dostępny tylko w języku Rosyjski i Ukraiński. For the sake of viewer convenience, the content is shown below in this site default language. You may click one of the links to switch the site language to another available language.

Олег Самойленко родился в Харькове, по специальности историк, но вся его жизнь связана с благотворительной организацией «Армия Спасения». Помогать людям – это уже не просто стиль жизни, а смысл. Последний год парень живет в Варшаве и сегодня расскажет, как мигрантский опыт помогает, а временами и препятствует в работе.

ПС: Олег, как давно твоя жизнь связана с «Армией Спасения»?

Олег Самойленко: возможно, как работа «Армия Спасения» не так давно, а вообще организация в моей жизни уже очень давно. Будучи еще маленьким мальчиком, моя подруга рассказала мне об организации, где можно получать презенты. А это Харьков в 90-е годы, я с обычной семьи, ничего особенного в то время ни у кого не было. И для меня, ребенка, интересной была возможность получить какие-то интересные подарки. Так мы поехали в «Армию Спасения» и мне там очень понравилось – дети чем-то занимались, играли на гитаре. Атмосфера была несопоставима с той, которая царила в харьковских дворах. Поскольку паразитировать там нельзя, у меня сразу спросили «что я буду делать?» Тогда как раз так совпало, что приехала большая группа из Америки и я начал им переводить. Потом я начал помогать бездомным. Прошло около года моей помощи в «Армии Спасения» и мама заподозрила, что я куда-то хожу (смеется), потому что увидела дома, например, зубную пасту из Швеции и другие вещи из-за границы. Тогда всё, что выходило за рамки нормы называли «сектой» и так мама подумала, что я в какие-то секте. Но потом мы вместе поехали в «Армию Спасения», маме там понравилось и она разрешила мне туда приезжать. Все же лучше, чем в нашем дворе …

Потом были другие проекты. Например, мы помогали детям, которые были больны туберкулезом. Причем так интересно, я вспоминаю сейчас – нас даже никто не предупредил, что это может быть опасно для нас – тоже детей. Затем мы помогали детям-инвалидам. А уже в студенческие годы я начал работать в проекте помощи людям с ВИЧ-СПИДом. Получив опыт, проводил семинары в школах на эту тему. Потом я работал с группой ЛГБТ и тогда я четко осознал, что люди как в коробках, им трудно открываться на нечто новое и трудно это принимать в свою жизни. А для меня все люди равны, я ко всем всегда отношусь одинаково и это очень помогало мне в «Армии Спасения».

ПС: ты очень верно сказал об этих коробочках и стереотипах. Сейчас, имея опыт работы в Украине и за рубежом – где с этими предубеждениями бороться труднее?

Олег Самойленко: в Украине много стереотипов, но когда я поехал за границу, то понял, что у нас ситуация лучше. Я не буду говорить за всю Украину, потому что в каждом городе может быть своя ситуация, но расскажу о Харькове. Это многокультурный город и для меня было нормальным, что со мной в классе учились дети из Вьетнама или Грузии, Армении, а в самом городе было много студентов арабов. А сейчас в Польше я довольно часто слышу, что человека удивляют люди с другим цветом кожи, с другим языком. И еще одно сравнение: в Украине иностранец – это что-то интересное, это вызывает интерес у общества, а в Польше иностранец воспринимается как угроза. Для меня это очень странно, я и не думал, что здесь такое возможно, хотя я хорошо понимаю, что это так исторически сложилось …

ПС: ты в силу своей работы постоянно сталкиваешься с людьми, которым грозит социальное исключение. Видишь разницу в отношении к этим людям на Западе и Востоке?

Олег Самойленко: я расскажу на примере работы с бездомными людьми. Например, в Украине вообще нет ни одной государственной стратегии в отношении таких людей. В Польше такая стратегия есть, но касательно Варшавы есть такое впечатление, что бездомные здесь имеют больше, нежели те, кто имеет дом. Я знаю обычных людей пожилого возраста, они получают 700-800 злотых пенсии, которых им не хватает на жизнь. И знаю бездомных, которые имеют в Варшаве 20 мест, где они могут съесть, и это будет полноценное питание с фруктами, овощами, йогуртом и десертами. То есть получают то, чего не могут себе позволить пенсионеры. Государство действительно много делает для бездомных, но я не вижу в этом логики. У меня даже был такой неприятный опыт, когда бездомный не хотел брать у меня еду, потому что я украинец! Думаю, что это было связано с тем, что у него есть выбор и поэтому таким способом он позволил себе высказать свою позицию.

ПС: какие стереотипы ты лично одолел, работая в «Армии Спасения»?

Олег Самойленко: все люди – просто люди! Например, я думал, что люди с ВИЧ-СПИД – это безнадежно больные, которые не могут жить полноценной жизнью. А когда я работал в проекте изучения английского языка для глухих, то почему-то представлял себе эту категорию людей, как таковых, которые нуждаются в помощи. А оказалось, что это обычные люди, среди них был профессор университета, работник туристической фирмы. Тогда я понял, что иногда именно я имею больше стереотипов, чем те люди, кому они направлены. Мне кажется, что я продолжаю ломать собственные стереотипы. Например, недавно нас пригласили в мечеть за празднование Рамадана, мы прекрасно провели время, они даже попросили нас помолиться на нашему, по-христиански. Каждый человек – особенный и нужно помнить об этом.

ПС: у тебя тоже очень интересная история с женой из «Армии Спасения» – она полька, но вы познакомились в одной стране, женились в другой, а теперь живете в Польше.

Олег Самойленко: да, мы познакомились в Нидерландах на конференции, после чего продолжали общаться. Впоследствии она приехала ко мне в Киев в гости, Доминика очень мне понравилась, потому что она сумасшедшая, но в лучшем смысле этого слова. Затем мы начали вместе путешествовать и нам было очень хорошо вдвоем, поэтому я решил – чего тянуть? Надо жениться! Но в Украине еще сохранилась такая иерархия, я – офицер «Армии Спасения» могу жениться только тоже с офицером. И тут я узнаю, что на офицерское обучение ее высылают в Канаду. Это меня испугало, ведь два года и Канада так далеко, ну точно потеряю Доминику. Поэтому я решил сделать предложение и сделал это в самолете, который приземлялся в Грузии, поженились мы в Канаде, а свадьба для родителей и близких уже состоялось в Польше.

ПС: используешь ли ты свой нынешний мигрантских опыт в работе?

Олег Самойленко: сначала было сложно, я не знал языка. И так случилось, что я приехал в Варшаву сразу директором регионального отделения «Армии Спасения» и я заметил, что для поляков – это шок. Поэтому где-то я ломаю их стереотипы относительно украинцев. У них нет проблем с тем, что я украинец, у них проблема с тем, что я занимаю высокую должность, иногда высшую от их. Бывает по-разному и я это понимаю. Но не буду скрывать – у меня был довольно тяжелый период, когда я постоянно сталкивался с неприятием меня в польской среде. Доминика даже вначале не верила, что люди так могут реагировать на мигрантов, но когда мы вместе начали ходить по разным инстанциям, то и она увидела эту разницу в отношении. Я не сдался и в этом вижу свою миссию – показать, что может быть иначе.

ПС: интересно получилось – работая всю жизнь в «Армии Спасения» ты был призван разрушать у людей стереотипы, а сейчас благодаря миграции ты сам стал этим инструментом развенчивания предубеждений.

Олег Самойленко: так, в определенной степени так получилось.

ПС: что для тебя «Армия Спасения» – работа или стиль жизни?

Олег Самойленко: это моя жизнь. Недавно мы с Доминикой ездили отдыхать, и я обратил внимание, что у меня даже обычных футболок нет – все с логотипом «Армии Спасения» (смеется). Я даже не могу себе представить какой была бы моя жизнь, если бы в свое время я к ним не приехал.

Просматривайте свежие вакансии на нашем сайте и находите хорошую работу.

Подписывайтесь на наш канал в Telegram и следите за новостями Польши!

Есть вопросы? Оставьте сообщение в разделе «Вопрос-Ответ» и бесплатно получите консультацию юриста.

ОСТАВЬТЕ ОТВЕТ

Please enter your comment!
Please enter your name here